• Добро пожаловать

    23.06.11 18:56
  • Что наша жизнь?

    23.06.11 18:57
  • У вас получится!

    23.06.11 18:57
  • Наши авторы

    23.06.11 19:29
  • Работает библиотека

    23.06.11 19:36

Авторизация

Подскажите друзьям

Каталоги

Яндекс.Метрика
Рейтинг@Mail.ru
БКНС Каталог сайтов Кожор

Общество

Кого-то переполняет ненависть, и он пытается разделять и стравливать, рационализирует свою ненависть, пытается привить её другим. По национальному, религиозному, географическому, половому или классовому признаку. «Деритес»©

А меня переполняет любовь (хотя я и бываю очень ехидным), поэтому я снова и снова говорю о любви. Настоящая любовь — всегда безусловна. Это принятие. Ты принимаешь себя, принимаешь свою половинку, принимаешь свой род, свою историю, свою культуру, свою страну. Настоящая любовь — это стремление дарить. Это наполненность, это внутреннее богатство, которое тебя переполняет, ты стремишься давать, потому что тебе кажется, что иначе тебя разорвёт изнутри, если ты не будешь изливать свою любовь вовне. Настоящая любовь — это мотивация становиться лучше, самосовершенствоваться. Потому что и семья, и страна — состоят из людей. И ты не можешь сделать других лучше, но ты можешь сделать лучше себя. Лучше во всех смыслах — морально, духовно, интеллектуально, физически, профессионально и так далее. И если ты станешь лучше, то это сделает лучше и семью, и страну. Поскольку любовь безусловна (это не я придумал, это сказали люди гораздо мудрее и достойнее меня), то в любви нет места слову «если». «Я буду любить тебя, если…» — это не любовь. И что там после «если» — не важно. «Если ты будешь больше зарабатывать», «если ты похудеешь» или «если ты будешь выполнять все мои прихоти». Это в лучшем случае манипуляция (в худшем — болезненный перфекционизм или нарциссизм). Попытка загнать другого человека в нужные тебе рамки, попытка управлять другим человеком через чувства, попытка получить что-то нужное тебе, а не дать ему то, что нужно ему. Со страной то же самое. «Я буду любить Родину, если…» — это не любовь, не патриотизм. И что там после «если» — не важно. «Если мне будут больше платить» (это уже проституция, а не любовь), «если президентом будет Навальный», «если над Домом Советов будет красный флаг» или (зачастую самое честное) «если я буду присутствовать во власти». Я люблю свою жену. Она прекрасная, замечательная, умная, талантливая. Но не идеальная (над чем периодически любит посмеяться, подкалывая меня, что она не соответствует тому образу, который я когда-то сдуру ей попытался описать — сама спросила). И у меня был выбор — пытаться изменить её, втиснуть в некий идеальный образ в моей голове, истерить, доводить и третировать её — или принять её несовершенство. Реальная живая женщина, со своими достоинствами и недостатками, или дурацкий недостижимый образ в облаках… И даже когда мы ссоримся (к счастью, редко), то я всегда думаю «как она прекрасна в гневе» и «как она ещё прекраснее, когда мы миримся».

Министр обороны Российской Федерации Сергей Шойгу на встрече с научной общественностью Сибирского отделения РАН заявил, что «нам необходимо в Сибири построить три, а лучше пять крупных центров научно-промышленных, экономических центров, проще говоря — городов с населением 300−500 тысяч, лучше — до миллиона человек. И не просто город построить и столицу сюда перенести, а сделать их совершенно конкретно направленными на ту или иную сферу деятельности».

Заявление вызвало неоднозначную оценку, многие сочли его предвыборной риторикой, хотя, как известно, один из главных долгожителей в российской власти и политике никогда в популизме и пустых обещаниях замечен не был. Видимо, речь действительно идет о перспективных проектах, которые обсуждаются и прорабатываются в высших эшелонах российской власти. Идея масштабного массового освоения Сибири и Дальнего Востока практически постоянно обсуждается и в медийной среде, и доводы в её пользу достаточно известны, чтобы их повторять в очередной раз. Однако есть и вполне очевидные препятствия для осуществления столь глобальных планов, первый из которых также вполне очевиден ― их громадная стоимость, колоссальные ресурсы, которые нужно где-то изыскать, а значит, изъять из других сфер, возможно, посадив на «голодный паек» регионы Центральной России. Насколько это себя оправдает, не вызовет ли больших экономических и социальных проблем? И главное, где взять, используя близкую министру обороны терминологию, «личный состав» для новых городов? Демографические проблемы России общеизвестны, ценой больших усилий власти удается избежать ощутимого снижения численности населения (это объективный демографический процесс в современном мире), т. е. заселение новых городов может проходить только в ущерб другим регионам, притом что отрицательная динамика наблюдается не только за Уралом. Население мигрирует уже в имеющиеся мегаполисы (прежде всего в столицы), и это также объективный процесс, имеющий место во всем мире. Также имеет место процесс миграции в направлении «Север ― Юг». Чем стимулировать переезд во вновь возводимые города? «Создание новых рабочих мест» там я бы назвал дежурной мантрой. По большому счету проблемы безработицы регионов, где сложно найти любую работу, в России нет. Есть, извините, что называю вещи своими именами, безынициативные люди, не способные на серьезные решения в своей жизни, такие как переезд в другой регион за более высокими заработками и уровнем жизни, или вообще маргиналы и деклассированные элементы (ну, что есть, то есть). Из них формировать население городов, которые должны стать центрами науки и высокотехнологичной промышленности? К слову, подобные проблемы были и в СССР, когда на «стройки коммунизма» в массовом порядке направлялись отбывшие наказание граждане. В результате возникавшие там города становились не передовыми в плане политической и прочей сознательности населения, а совсем наоборот ― лидерами в криминальной статистике.

Сложно себе представить, чтобы люди, наделённые властью, намерены нанести существенный, а может быть, и смертельный удар по России. Однако, когда анализируешь не высказывания, а конкретные официальные предложения, то хватаешься за голову от полученной информации.

Вслед за главой Счётной палаты России Алексея Кудрина идею превратить Россию в 11 агломераций, куда заселить всю страну, а остальную территорию превратить в «вахтовый посёлок», поддержал вице-премьер федерального правительства Марат Хуснуллин. Если подобное станет реальностью, то, на мой взгляд, Россия превратится в самую настоящую «пустыню», а, может, даже и исчезнет с карты мира.

Сегодня наши источники в правительстве передали нам документ, который повергает в шок.

Речь идёт о стратегии «Агрессивного развития инфраструктуры», которая представлена под руководством вице-премьера Хуснуллина. В документе даются ответы на ключевые вопросы – где живём? Где работаем? Куда ходим? Где отдыхаем?

И всё бы ничего, но когда доходишь до 37-й страницы, то видишь ужасающую карту своей страны, где большая часть территории – безлюдная пустыня. Особенно это заметно по Сибири и Дальнему Востоку. Более того, и это говорит о качестве подготовленного правительственного документа, нет, например, такого города, как Красноярск, а это, на минуточку, город-миллионник. Нет Вологды, Архангельска, Мурманска, нет Русского Севера вообще. Это как?

Ответ находим в данной стратегии, где чёрным по белому написано, что «агломерации – основной драйвер жилищного строительства». 70% жилья, возводимого в стране, – это «человейники», построенные в этих многомиллионных гетто.

Итак, в «полку Кудрина» прибыло, его опасные идеи не просто проникли в правительство, а получили поддержку. Теперь и господин Хуснуллин даже не настаивает, а требует создания крупных агломераций в России. И плевать им на то, что эксперты с этим категорически не согласны.

«Одна из идей, которую мы разработали в ЦСР – связать три-четыре областных центра – Екатеринбург, Челябинск, Кемерово – час-полтора езды друг от друга, соединить их между собой, мы не административно предлагаем их объединить, не надо выходить на референдум», – говорил Алексей Кудрин в ходе Общероссийского гражданского форума, отмечая, что такая агломерация станет новым рынком.

Но на том же форуме с Кудриным спорила главный научный сотрудник Института социальной политики Наталья Зубаревич:

«Коллеги, я тут географ… Я ругаться-то не хочу, но морально готова. Не бывает таких протяжённых агломераций с пустотами в сотни километров. Не бывает, традиционный географ против и говорит, что того, что вы говорите, в жизни не будет», – подчеркнула эксперт под попытки Кудрина сказать своё слово, мол, мы всё подсчитали. В конце концов, пришли к примирению на фразе «жизнь покажет», но каждый остался при своём мнении.

 

Нам все уши прожужжали и про эти ценности, и про обязательность устремления России именно к ним.

Европейские ценности изучают философы и политологи, про них пишут писатели, строчат журналисты, бормочут бормотологи.

Европа такая замечательная, такая распрекрасная, расчудесная, в ней текут молочные реки в кисельных берегах!

Надо блюсти все ея каноны — и расцветёт Россия, а кто этих благ не понимает и не ценит — тот «ватник» и «совок».

Вынужденно прожив географически в этом «раю» немало лет, я не выдержал и вернулся в Россию, поскольку безостановочно слушать тексты про европейские ценности уже не мог — всё острее становились приступы болезни ухо-​глаза.

Помните такую?

Это когда слышишь одно, а видишь совсем другое.

Вот и хочу поделиться тем, что там видел.

Нет, я не про магазины, зарплаты и стоимость ЖКХ — это и без меня расскажут.

Я — про настроение европейцев, про то, отчего и почему с потоком мусульманских беженцев Европе уже не справиться.

Собственно, ответить можно очень коротко: она умирает.

Беженцы только ускорят процесс, который начался вскоре после Второй Мировой для них и Великой Отечественной для нас.

Что такое «Европа» с точки зрения географии и климата?

Не очень большая по площади территория с очень хорошим климатом: и широты вполне себе умеренные, и Гольфстрим греет, и моря тёплые, и дождей хватает, чтобы почва давала приличные урожаи — во многих местах аж по два раза в год: Испания, Италия, Португалия, Греция.

Здесь никогда не надо было напрягаться до предела, чтобы прокормить себя, но вот места для растущего населения становилось маловато.

И Европа нашла способ существования и развития: надо время от времени сбрасывать излишек населения вовне и почаще грабить всех, кто отличен по религии, по языку, по цвету кожи.

Грабить — дотла. Уничтожать аборигенов и противников — до упора.

При этом сама Европа свои ценности и религию меняла, что твоя змеюка шкуру по весне.

Греки с их десятками богов выплёскивались в покорение Ойкумены.

Александр Македонский рвался захватывать аж Индию.

Римляне сменили имена богов, но не воинственность, не агрессивность, не стремление подгрести под себя все страны подряд.

Вычленив в христианстве не суть, а мысли о покорности человека любой власти, Европа спокойно переиначила и эту, изначально едва ли не самую человеколюбивую религию, под себя.

Католицизм с его единоначалием, абсолютизмом папской власти стал замечательным, превосходным обоснованием для дальнейшего развития и укрепления истинных, коренных европейских ценностей: убей, ограбь, выкинь прочь всех, кто не вписывается в общество благоденствия.

«Не убий, не укради, возлюби ближнего!!!» — орали боевые капелланы, и армии крестоносцев обрушивались на Ближний Восток, на Восточную Европу.

«Блаженны кроткие, ибо они унаследуют землю!!! Блаженны миротворцы, ибо они будут наречены сынами Божиими!!!» — завывали священники, шагая по землям Южной Америки вслед за отрядами конкистадоров.

И воины Кортеса несли истинные, подлинные, исконные европейские ценности, которые тогда ещё не так искусно умели прикрывать словесными кружевами.

Вот цитата из письма Колумба королевской чете Испании:

Золото — это совершенство. Золото создаёт сокровища, и тот, кто владеет им, может совершить всё, что пожелает, и способен даже вводить души человеческие в рай.
1503 год, а сформулировано — навечно.

Все новые слова приходят и уходят, а эти — будут звучать в душах европейцев столько, сколько будет существовать эта цивилизация.

Запомните эту формулу — она сегодня не звучит громко, но, стерев наносное в миллионах слов европейских политиков, политиканов, журналистов, философов, вы с лёгкостью увидите её.

Она впечатана в души европейцев на веки, ибо отражает высшую цель этой цивилизации: личное богатство – единственное, к чему достойно стремиться, единственное, чему достойно посвятить свою жизнь.

Европейские ценности…

АЛЕКСАНДР РОДЖЕРС

 

Сначала я хотел написать достаточно узкую статью о творящемся в Третьяковской галерее беспределе. Попытки выдавать за искусство примотанные скотчем к стене ветки, демонстрация «произведений» с названиями типа «Борец за свободу собирается резать голову федералу» (тут, я считаю, Следственный Комитет должен внимательно изучить на предмет пропаганды терроризма) и прочее «творчество» на грани порнографии.

И всё это рядом с Васнецовым, Репиным, Куинджи и Врубелем.

Почему-то я уверен, что если бы подобное увидел сам Третьяков, то он выгнал бы подобного управляющего галереей взашей, а возможно ещё бы и хорошенечко отделал батогом (или поручил бы слугам отделать, что ещё унизительнее).

Но потом я подумал, что искусствовед Зельфира Исмаиловна Трегулова, пребывающая нынче (и, надеюсь, ненадолго) в должности гендиректора Третьяковки, не виновата в отсутствии у неё элементарного вкуса.

Система так заточена, что люди со вкусом и чувством прекрасного не могут достигнуть успеха в современном, кхм, «искусствоведении».

Ещё когда-то давно в университете у нас был такой предмет, как «Западноевропейское искусство» (это при том, что я технарь). И любые попытки давать собственную оценку или интерпретацию тем или иным произведениям искусства – живописи, литературы, музыки – вызывали практически истерику и жестоко подавлялись. «Заучивай, как написано в конспекте».

На уроках философии в то же время вольнодумство и полёт мысли всячески приветствовались – можно было свободно критиковать Фейербаха, Канта, Шопенгауэра, Ницше. Лишь бы это было аргументировано, а не огульно.

Я, например, мог прийти на семинар, посвящённый гуманизму, и ожесточённо доказывать, что смертная казнь для маньяков, насильников и прочих убийц – это гуманно (причём как по отношению к окружающим, что более важно, так и к ним самим).

А вот в сфере искусствоведения царил (и царит) жесточайший догматизм. Вектор этого догматизма с советских времён поменялся (равно как и «мнение» большинства «искусствоведов»), но не сам подход.

Вот сейчас в Третьяковке проходит две выставки, посвящённые эпохе СССР – о Маяковском (и как ему тяжело жилось при советской власти, ясный перец) и о эпохе застоя.

Я пару цитат приведу, прямо с сайта.